– Николай Максимович, на ваш взгляд, можно реанимировать и осовременить классику, при этом ее не опошлив?
– Конечно. Например, шведский хореограф Матс Эк создал потрясающую версию классического балета «Жизель». И это не выглядело пошлым. Позже он сотворил аналогичное с «Лебединым озером» и «Спящей красавицей». Но эти постановки, увы, оказались лишь повтором, дежавю. Осовременить и не опошлить балет можно лишь в том случае, если у балетмейстера имеется хороший вкус. А еще очень важно соблюсти классическое триединство: места, времени и действия. Потому что на сцене Большого крайне неорганично выглядят, скажем, черный кабинет и два ползающих человека, которые нюхают сцену, в то время когда декор зала ломится от золота, люстр и роскоши. Контраст ну очень велик! Пусть нюхают пол на камерных сценах, но никак не на площадке в полкилометра. Экспериментируйте себе на здоровье, но только не в этом здании. Мы же не приходим с вами в собор и дискотеку там не устраиваем.
– Говорят, вы обожаете Мадонну и не упускаете случая побывать на ее концерте. Если бы она к вам обратилась за советами по хореографии, вы бы ей не отказали?
– Я не поклонник Мадонны. Я просто человек любознательный, поэтому, как-то находясь в Лондоне, сходил на ее концерт. Я хочу быть в курсе новых веяний, пытаюсь быть многосторонне развитым. Для того чтобы иметь свое мнение, я должен был это увидеть, пощупать и почувствовать. И я ее почувствовал. У меня был билет в первый ряд. Когда певица вышла, толпа фанатов ринулась вперед и вынесла меня к ограждениям. Весь концерт Мадонна пела практически перед моим носом.
Надо сказать, что она – настоящий профессионал. Я не знаю, что ей можно было бы посоветовать. Жаль, что, когда она уйдет со сцены, ни один человек не вспомнит ни одной ее песни. У нее нет бесспорных хитов. Это мое твердое убеждение. Это не АББА и не Битлз. Но отдадим ей должное – она великий трудоголик и профессионал с большой буквы.
– Вы уже признавались, что вам не нравятся фильмы о балете, а вы смотрели британский «Билли Эллиот», советский байопик «Анна Павлова» – может быть им удалось хотя бы в малой мере отразить закулисную жизнь в балете?
– «Билли Элиот» – потрясающая картина. История очень правдивая. Мальчик в фильме играл великолепно. Что касается биографического фильма «Анна Павлова» – это по большей части пародия на балет. Ведь в картине речь идет об исторических персонажах, и все нужно было показать достоверно. Но там совершенно непонятна суть конфликта межу Павловой и Дягилевым, и огромное количество балетных ляпов. Например, в одном из эпизодов Анна говорит, чтобы ей немедленно привели Михаила Фокина и он поставил для нее «Лебединое озеро». В реальности же Фокин был реформатором и не ставил классические балеты. Ну и так далее. Зачем было называть кино «Анна Павлова»? Назвали бы «Балерина» или «Дуся Петрова». А вообще я не люблю «балетное» кино, где персонажи плачут, переживают, в истерике заламывают руки, а в итоге зрители так ничего и не узнают о реальном балете.
– Вы кавалер французского Ордена искусств и литературы. Эта награда вас к чему-либо обязывает?
– Благодаря французскому ордену я легко получаю визы в Европу. А если серьезно, то после поколения Улановой, Васильева и Григоровича я был первым, кто получил эту награду. Это произошло в тот момент, когда купленные моими недоброжелателями «писаки» трубили напропалую, что я не имею право называться артистом балета и еще Бог знает что. Атака СМИ была массированной. И вдруг посреди этого ужаса Франция – страна, которая родила балет, – делает такой шаг. Кстати, вместе со мной орден получали Роберт Де Ниро и Ума Турман. Так что это был своеобразный подарок судьбы, чтобы защитить меня от несправедливых обвинений.
– Балет это искусство для избранных?
– Несомненно! Балет – это единственное искусство, которое родилось во дворце, во дворце же и осталось. Все остальные сценические виды искусства родились на площади и потихоньку перекочевали во дворец. Балет придумали для королей и среди королей. Короли сами же и танцевали. Первый указ, подписанный Людовиком ХIV после вступления во власть в 24 года, был о создании французской Академии танца.
Балет невозможно исполнять на стадионах. Его нужно смотреть в небольшом пространстве. Больше Большого театра в мире нет. Он вмещает в себя две с половиной тысячи человек. Это максимум. Но больше и не надо. И нужно делать свое дело так, чтобы зритель, пришедший на балет, не перепутал его с цирком или фигурным катанием. Может быть, этот зритель больше никогда не вернется, но у него должно остаться ощущение красоты, к которой он приобщился.
– Говорят, вы увлекаетесь вышивкой крестом. Что это вам дает?
– Успокоение. Я просто салфетки иногда вышиваю.
