– Сейчас очень много про 90-е годы говорят. С одной стороны – это было время возможностей, с другой стороны – это было время крушений надежд. А что для вас эти годы?
– У меня не тот возраст был в начале 90-х. Возможности были у тех, кому было от 25 лет и выше, а мне было в тот момент семнадцать-восемнадцать.
Мне просто очень повезло. Если бы я пришел чуть раньше, конечно, я бы так быстро не взлетел. Вот мне так повезло, что в моей профессии была эта возможность, передо мной все смели.
Те, кто долго ждал места под солнцем, они «убежали», потому что открылись границы и все так мечтали уехать в эту «Америчку», что они в эту «Америчку» попали и растворились в ней. Кто в Германию, конечно, потому что хотелось «колбасы». Ну вот и наелись они этой «колбасы», ничего не получив взамен.
А мое поколение, нас несколько человек, кто моментально выстрелил, потому что перед нами было пусто.
