Николай Цискаридзе: «Никто не застрахован от того, что случится завтра»

Николаю Цискаридзе 45 лет, но он уже много лет официально считается пенсионером – артисты балета рано выходят на заслуженный отдых. Правда, на деньги, которые он заработал, вряд ли можно шиковать.

– Николай, Вы 21 год отработали в Большом театре, побили все мыслимые рекорды по званиям, регалиям, наградам, причем большую из них часть получили до 30 лет. Сколько за все это полагается от нашего социально ориентированного государства?

– У меня есть звание “Ветеран труда”, есть доплата за выслугу лет. В совокупности со всеми регалиями это дало право получить самую высокую за всю историю Большого театра пенсию – около 12 тысяч рублей. На момент выхода на пенсию у меня было 145 дореформенных миллионов (145 тысяч сегодня. – Прим. ред.) в накопительном фонде – я же честно делал все отчисления! Люди, которые выходили на пенсию по возрасту, меня чуть не убили, помню, когда узнали, сколько я получаю. Очень смеялись мы тогда с Еленой Образцовой, чья пенсия была крайне мала. Спасала ее только доплата за звание народной артистки.

– Так и у Вас есть это почетное звание!

– Столичный градоначальник Сергей Собянин всем народным и заслуженным артистам, имеющим московскую прописку, ежемесячно доплачивает по 30 тысяч рублей. Мне эти деньги тоже положены, но в пенсионном фонде сказали, что надо ждать 65 лет. Это, конечно, обидно – доживу ли я до 65 лет?

– Вы являетесь дважды лауреатом Государственной премии. Это как-то влияет на размер пенсии?

– Все льготы, которые мне положены в Москве, не действуют в Санкт-Петербурге, где я с 2013 года руковожу Академией русского балета имени Вагановой. Например, не могу там как пенсионер бесплатно ездить в транспорте. Но в музеи как деятеля культуры свободно пускают…

– Неужели пользуетесь общественным транспортом?

– Мне доставляет особое удовольствие по пенсионному удостоверению проехать бесплатно в метро или троллейбусе – я ведь честно это заслужил!

– На что Вы тратите пенсию?

– А я ее не снимаю. Как говорила моя няня, это гробовые. Никто не застрахован от того, что случится завтра. Со своими родственниками я прошел огромное количество сложных жизненных моментов, так что учусь на их ошибках и боюсь столкнуться в старости с материальными трудностями. Предпочитаю, чтобы у меня была финансовая подушка безопасности. К тому же у меня перед глазами есть пример Марлен Дитрих и Рудольфа Нуреева, которые, как известно, заранее оплатили свои похороны.

Текст: Феликс Грозданов для сайта Дни.ру
Фото: Анатолий Жданов


Добавить комментарий