– Николай Максимович, если бы вы ставили свой собственный спектакль, то о чем бы он был?
– Вы знаете, я поставил уже такое количество спектаклей, в Академии и в каких-то других местах…
Я люблю красоту, что бы я ни ставил, любую тему, я бы, во-первых, это сделал так, чтобы было интересно, я бы никогда не нарушал задумку автора, если бы я не был сам либреттистом в данной ситуации. Для меня стиль, музыкальность – это главные составляющие. Я люблю театр, я люблю быть артистом, для меня очень важна роль, для меня очень важна история и я всегда ее пытался играть и никогда не брался не за свое дело.
У меня есть очень много задумок. К сожалению, по молодости я совершил очень много ошибок. Мне все говорили: «Вот вы все время критикуете, а вы напишите свое предложение». Я писал свое предложение и через два-три дня Большой театр это озвучивал как свою собственную придумку, что тот руководитель, который тогда сидел, что это он вдруг взял и придумал. И так далее и тому подобное.
Недавно у меня точно так же спросили, как я вижу развитие Большого театра. Я честно это написал, отдал определенным чиновникам, которые от меня это потребовали. И через некоторое время это озвучил генеральный директор Большого театра. Это все очень смешно.
Вообще о своих задумках в последнее время говорить стало очень опасно, потому что благодаря YouTube, Инстаграму и так далее мысль стала безумно воруема.
– Я знаю, что вы очень любите оперетту; расскажите, пожалуйста, немного об этом.
– Оперетта – это мой самый любимый жанр и я много раз говорил в интервью, что если бы у меня был голос, меня бы никто в балете не удержал, я был бы артистом оперетты и мюзикла. Потому что ничего нет лучше, чем петь и танцевать одновременно. Я, конечно, в качестве шутки очень часто это делаю, пою я очень смешно, ну и под эту музыку невозможно не танцевать.
Я хочу вспомнить величайших певиц, с которыми мне удалось выступать. Это Татьяна Ивановна Шмыга, с которой я когда-то выступал на каком-то Новогоднем огоньке, и моя подруга, обожаемая певица Лилия Амарфи, на ее юбилее мы делали «Чикаго», я был Вэлмой Келли. Мы с ней репетировали, учили этот номер и честно его исполнили.
Посмотрите этот номер:
Сейчас, слава богу, еще в очень хорошей форме и здравии Света Варгузова – фантастическая певица. Есть еще потрясающая молодая певица Зайцева. На них безумно интересно смотреть и слушать их.
В «Московскую оперетту» было за счастье попасть, туда невозможно было купить билет, в моем детстве – это было невозможно сделать, а тем более если в спектакле участвовала какая-то звезда уровня Амарфи.
Тогда был еще такой певец, необыкновенной красоты, Алимпиев, старшее поколение помнит Герарда Васильева, а был еще такой Сережа Алимпиев. Мало того, что он пел великолепно, он еще и красоты был как человек из глянцевого журнала.
У меня было несколько учеников, которые закончили, помимо хореографического училища, еще и музыкальную школу. Они никогда не слышали фамилий Легар и Кальман, учившись в музыкальной школе. Эту музыку почему-то не преподносят, а если посмотреть на партитуру той же «Фиалки Монмартра», она ничуть не легче, нежели «Богема». Спеть Виолетту или любую мужскую роль в этой оперетте… там такие верха!
В Петербурге есть очень хороший певец Кривонос, я его обожаю. Это фантастический певец, который еще озвучивал фильмы. Я помню, меня в детстве привели, он что-то исполнял и я сидел с открытым ртом. Я его голос узнаю из тысячи.
Такая была оперетта у нас в стране, и мне обидно, что этот жанр все время называют «легким». Это вообще не легкий жанр.
