Возвращаемся из солнечной Бразилии в не по-сентябрьски прохладный Санкт-Петербург. Так как повод обратиться к истории города на Неве — значимый и особый, без него представить себе современный город невозможно.
В сентябре сразу несколько важных дат в своей личной истории отмечает Казанский кафедральный собор иконы Божией Матери.
Часто спорят, выбирая по душевности и красоте, что ближе: Казанский, Исакий или Спаса на Крови. Ведь они так по-разному вписаны в облик города и совсем не похожи друг на друга по энергетике…
Когда в 1799 император Павел I объявил конкурс на проект нового собора, им было поставлено категоричное условие: «он должен напоминать собор святого Петра в Риме и иметь большую колоннаду».
Многих известных архитекторов того времени победил молодой и очень талантливый, но в тот момент совсем неизвестный Андрей Воронихин — «русский художник самородок».
Говорят, что ни один иностранец в строительстве не участвовал, подчёркивая особый статус собора — «творение русских мастеров».
В этот день в сентябре 1801 собор был заложен. В конце сентября, спустя ровно 10 лет — он был освящён. А в 1912 запечатлён в стихотворении Осипа Мандельштама:
«На площадь выбежав, свободен Стал колоннады полукруг, — И распластался храм Господень, Как легкий крестовик-паук. А зодчий не был итальянец, Но русский в Риме, — ну так что ж! Ты каждый раз, как иностранец, Сквозь рощу портиков идешь. И храма маленькое тело Одушевленнее стократ Гиганта, что скалою целой К земле беспомощно прижат!»
